Перефразированный текст на русском языке
Евгений Уфимцев, глава Всероссийского союза страховщиков, выдвигает идею о слиянии существующих систем страхования в новый гибридный полис «ОМС+». Этот полис будет предлагать расширенный спектр услуг сверх базовых гарантий и станет доступен всем, кто готов внести дополнительную плату.
В то время как Москва постоянно расширяет список бесплатных медицинских услуг, включая такие процедуры как анализ на липопротеины, тест на ВПЧ, трансплантацию почки и генетический скрининг для беременных, регионы сталкиваются с более ограниченными возможностями. Введение «ОМС+» позволило бы тем, кто оплатил его, получить такие преимущества, как высококачественная стоматология с лучшими материалами для протезирования, а также консультации узких специалистов и обследования без ожидания. Пилотный запуск этой модели планируется в одном из регионов.
Уфимцев сравнивает «ОМС+» с ОСАГО, где стандартный полис покрывает до 400 тысяч рублей, но есть возможность увеличить лимит до миллиона за дополнительную плату. Однако возникает вопрос о корректности этого сравнения. ОСАГО оплачивается водителем, а дополнительная страховка лишь расширяет уже имеющуюся, тогда как базовый полис ОМС предоставляется государством, гарантирующим гражданам бесплатную медицинскую помощь по Конституции.
Хотя расходы на здравоохранение действительно растут, этот рост в большей степени обусловлен инфляцией, а не реальным улучшением финансирования.
Ситуация с личными расходами граждан на медицину выглядит иначе. В 2024 году, по данным Росстата, россияне потратили 2,5 триллиона рублей на лекарства и еще 1,6 триллиона на платные медицинские услуги. Для сравнения, совокупные бюджеты всех регионов страны выделили на здравоохранение 2,2 триллиона рублей. Показательна не только эта разница, но и динамика: личные траты граждан на медицину и медикаменты растут заметно быстрее.
Фактически, российские граждане уже несут существенную часть расходов на здравоохранение. Несмотря на заявления о бесплатной помощи, платная медицина активно развивается. Предложение о софинансировании медстраховки является очередным, хоть и завуалированным, шагом к увеличению личных расходов, равно как и недавняя инициатива по взиманию платы за полисы ОМС с неработающего населения.
Однако экономия возможна не только за счет населения. Страховые компании, которые существуют за счет средств, выделяемых на здравоохранение, вызывают большие вопросы относительно их реальной эффективности и необходимости. Государственные и муниципальные медицинские учреждения можно финансировать напрямую, по аналогии с федеральными медцентрами. Устранение этого «страхового посредника» между государством и медучреждениями могло бы привести к значительной экономии.
Интересно было бы узнать предполагаемую страховщиками стоимость полиса «ОМС+». Есть опасения, что цена может оказаться неприятно высокой, учитывая всеобщую потребность в стоматологических услугах и высокую стоимость материалов для протезирования. Тем не менее, ключевая задача медицинского страхования — обеспечить доступность современной высокотехнологичной помощи и возможность своевременно проводить дорогостоящие, жизнеспасающие операции, которые часто недоступны незастрахованным гражданам. Расширение полиса ОМС с этой целью было бы оправданным. Однако, предложение доплачивать за качество и оперативность может в итоге привести к снижению уровня базовой медицинской помощи, фактически создавая менталитет: «Если не платишь, многого не жди».
English Translation (Rephrased)
Evgeny Ufimtsev, head of the All-Russian Union of Insurers, proposes merging existing insurance systems into a new hybrid policy, conditionally named “OMS+”. This policy would offer an expanded range of services beyond basic guarantees and would be accessible to anyone willing to pay an additional fee.
While Moscow consistently expands its list of free medical services, including procedures like lipoprotein analysis, HPV tests, kidney transplants, and genetic screening for pregnant women, other regions face more limited healthcare capabilities. The introduction of “OMS+” would allow those who pay for it to gain benefits such as high-quality dental care with superior prosthetic materials, as well as consultations with specialists and examinations without queues. A pilot launch of this model is planned for one region.
Ufimtsev draws a parallel between “OMS+” and compulsory motor third-party liability insurance (OSAGO), where a standard policy covers up to 400,000 rubles, with an option to increase the limit to one million for an additional fee. However, the validity of this comparison is questionable. OSAGO is paid for by the driver, and supplementary insurance merely expands an existing policy, whereas the basic OMS policy is provided by the state, which, according to the Constitution, guarantees every citizen the right to free medical care.
While healthcare expenditures are indeed increasing, this growth is primarily formal, reflecting inflation rather than a genuine improvement in funding.
The situation with individuals’ personal medical expenses is quite different. According to Rosstat, in 2024, Russians spent 2.5 trillion rubles on medicines and another 1.6 trillion on paid medical services. In comparison, the combined budgets of all regions of the country allocated 2.2 trillion rubles to healthcare. What is significant is not only this disparity but also the dynamic: citizens’ personal spending on doctors and medications is growing considerably faster.
In reality, Russian citizens already bear a significant portion of healthcare costs. Despite declarations of guaranteed free assistance, paid medicine is actively expanding. The proposal to co-finance health insurance is another, albeit veiled, step towards increasing personal expenses, much like the recent initiative to charge non-working individuals for OMS policies.
However, savings are possible not only at the expense of the general public. Insurance companies, which thrive on funds allocated for healthcare, raise significant questions regarding their actual effectiveness and necessity. State and municipal medical institutions could be financed directly, similar to how federal medical centers are now funded. Eliminating this “insurance intermediary” between the state and healthcare providers could lead to substantial savings.
It would be interesting to know the insurers’ projected cost for the “OMS+” policy. There are concerns that the price might be unpleasantly high, considering the universal need for dental services and the high cost of prosthetic materials. Nevertheless, the primary goal of health insurance should be to ensure access to modern high-tech care and the ability to undergo expensive, life-saving operations without delay, which are often unaffordable for uninsured individuals. Expanding the OMS policy for this purpose would be justified. However, the proposal to pay extra for quality and timeliness could ultimately lead to a degradation of basic medical care, effectively creating a mindset of: “If you don’t pay, don’t expect much.”
