Ольга Кабо: Когда сама делаешь трюк, в этом есть особое чувство правды и владения ролью

— Ольга, расскажите, пожалуйста, о предстоящем спектакле «Память о Солнце», который пройдет в Кремлевском дворце. Что смогут увидеть и почувствовать зрители?

— Да, мы с Ниной Шацкой готовимся представить наш спектакль, посвященный Анне Ахматовой. Для нас большая честь выступать в Дипломатическом зале Московского Кремля. Зрители услышат бессмертную поэзию Ахматовой из моих уст, от ранних произведений до «Реквиема», а Нина исполнит романсы на её стихи, написанные Златой Раздолиной. На сцене к нам присоединится заслуженный артист России Александр Покидченко, чья музыка тонко и бережно раскрывает глубину поэзии. Наше трио выступает вместе уже давно, и мы уверены, что наше сценическое единство, объединенное словом, музыкой и песней, создаст особенную атмосферу.

— Какой вы видите Ахматову в своем исполнении? Анна Андреевна ведь была очень многогранной личностью.

— Моя Ахматова предстает глубокой, аутентичной и внутренне дисциплинированной. В её образе чувствуется строгая собранность, будто невидимый корсет формирует её эмоции. Внешние тренды были ей безразличны; вся её жизнь была сосредоточена на внутреннем, духовном труде и её богатом внутреннем мире.

— А вы когда-нибудь думали о том, чтобы попробовать поменяться ролями на сцене: вы бы запели, а Нина читала поэзию?

— В нашей профессии крайне важны чувство меры и осознание своих сильных сторон. Я с большим уважением отношусь к таланту Нины: её голос и музыкальность — это её уникальный дар. Я никогда не стану соревноваться с профессиональной певицей, потому что моё призвание — в слове, драматургии и актёрском мастерстве. Поэзия, особенно такая глубокая, как у Ахматовой, требует особого внутреннего проживания, актёрского образования и опыта. Это не просто вопрос способностей, а вопрос жизненного пути. Поэтому для нас ценно, что мы не пытаемся заменить друг друга, а бережно дополняем. В этом кроется настоящая гармония и подлинное сценическое единство.

— Вы известны как в кино, так и в театре. Как вы совмещаете эти две столь разные сферы?

— Я выпускница ВГИКа, мастерской Сергея Бондарчука и Ирины Скобцевой. Хотя в 1989 году, в преддверии 90-х, мы получили «свободные» дипломы, мне повезло, что к тому моменту я уже имела около 15 киноработ. У меня было имя в кино, и о театре я тогда не думала. Однако Леонид Ефимович Хейфец пригласил меня на роль Нины Арбениной в «Маскараде» Лермонтова в Театре Российской Армии. Это был мой театральный дебют, и я прослужила там 10 лет. Именно на этой сцене я почувствовала глубокую ответственность, уважение к театральному искусству и поняла, что театр — это место, где формируется настоящий артист. Я полюбила театр навсегда.

— Было ли сложно адаптироваться от работы в кино к требованиям театральной сцены?

— У меня были выдающиеся учителя во ВГИКе. В дипломном спектакле под руководством Сергея Бондарчука я играла Любовь Раневскую. Мой педагог по сценической речи, Алла Дмитриевна Егорова, которой сейчас 94 года, до сих пор преподает, и я бесконечно благодарна ей за уроки. Я репетировала с ней все свои стихотворные роли. Также незабываемы наставления Олега Ивановича Борисова, который репетировал Арбенина в «Маскараде». Он поддерживал меня, учил «жить» на сцене, чувствовать мизансцены, правильно подавать голос, двигаться свободно. Он также подчеркивал, что актёр должен быть сильной личностью, иначе огромное театральное пространство его «поглотит». Эти слова я помню всю жизнь.

— Попасть в кино также непросто. Есть ли у вас секреты успешных кинопроб?

— Секрета успешных кинопроб, универсального ответа нет — это зависит от многих обстоятельств. В советское время кинопробы были похожи на создание мини-фильма: полноценные сцены с репетициями, обсуждениями, возможностью экспериментировать. Сейчас процесс стал намного быстрее, почти конвейерным. В лучшем случае актера приглашают в скромное помещение, дают текст, и он играет на камеру с воображаемым партнёром. В худшем — запись самопробы дома на телефон. В таких условиях ключевое — это быстрое включение и сохранение живого присутствия, несмотря на то, что всё вокруг может отвлекать от творческого процесса. Важно не поддаться абсурдности ситуации и выполнить задачу, полагаясь только на себя.

— Вы состоите в Ассоциации каскадеров. Почему вы раньше сами выполняли трюки, ведь есть дублеры и профессионалы?

— Да, с 1995 года я в Ассоциации каскадеров, но сейчас трюками не занимаюсь. Не потому, что есть дублёры или я не в форме, а потому что таких фильмов мало, и многие трюки заменены графикой. К тому же, мои приоритеты изменились: у меня семья и дети, и моё здоровье для меня теперь важнее. Вопрос о риске задают часто. Раньше это было проявлением характера, актёрских амбиций, желанием доказать, что я могу всё сама, не прячась за дублёра. Я благодарна тому времени и людям, особенно Александру Иншакову, который научил меня многому и дал школу трюкового мастерства. Когда выполняешь трюк сам, появляется особое чувство правды и полного владения ролью. Ты не просто изображаешь, ты реально находишься в ситуации, и это всегда видно на экране — в дыхании, реакции, глазах. Особенно если трюк оправдан и добавляет роли «драйва»!

— Ваша биография впечатляет: трюки, подготовка к полёту в космос, изучение корейского. Есть ли что-то ещё, что вы осваивали ради роли или проекта?

— Недавно в Театре имени Моссовета, где я служу 26 лет, я впервые пела в музыкальном спектакле Евгения Марчелли «Три мушкетера», играя роль королевы Анны Австрийской. Это был сложный, но очень ценный опыт, открывший во мне новое умение. Благодаря долгим репетициям с педагогом Марией Галлиардт, я преодолела свои зажимы и страх голоса, обретя принятие и свободу на сцене. Я боец и справлюсь со всеми вызовами, и очень благодарна режиссёру, педагогу и партнёрам за их поддержку.

— Ольга, в наше время люди часто ориентируются на рейтинги при выборе чего угодно. Расстраивают ли вас низкие оценки фильмов с вашим участием?

— Конечно, актёру небезразлично, как фильм принимают. Мы работаем ради живого отклика зрителя. Но важно понимать, что рейтинг — это лишь один из показателей, зависящий от множества факторов: сценария, монтажа, времени выхода, настроения аудитории, а не только от актёрской игры. Со временем я поняла, что моя главная ответственность — это честность в кадре: сделал ли я всё возможное, был ли по-настоящему в роли, не схалтурил ли? Это мой внутренний «рейтинг». Внешняя оценка — вещь непостоянная: сегодня одна, завтра другая. Фильм может найти своего зрителя не сразу, а спустя время получить признание.

— Что вы сами любите смотреть? Есть ли у вас предпочтения в фильмах и сериалах?

— Я ценю кино, где в центре внимания — человек, его судьба и внутренний мир, а не только сюжет. Люблю фильмы, которые оставляют ощущение, будто ты сам прожил чью-то жизнь. Классика, как советская, так и европейская, всегда актуальна; к таким фильмам, как «Место встречи изменить нельзя» или «Унесенные ветром», можно возвращаться и каждый раз открывать что-то новое. В них важны взгляд, пауза, молчание между словами. В сериалах я предпочитаю не фоновые «длинные истории», а проекты с сильной драматургией и выдающимися актёрскими работами, даже если они не широко известны. Со временем мой вкус стал одновременно проще и строже: я ищу правду, точность и человеческое тепло, избегая лишнего шума и быстрых эффектов.

— Вы ведёте программу «Мой район. Место встречи» на телеканале «Москва Доверие». Бывало ли, что после съёмок в каком-то районе вы сами становились проводником для друзей, показывая им Москву с новой стороны?

— В течение года я осваиваю новую для себя роль ведущей программы «Мой район. Место встречи» на «Москва.Доверие» и с удовольствием открываю Москву заново. Я родилась здесь, но даже знакомые с детства места предстают в новом свете благодаря историям домов, судеб людей и незаметным ранее деталям. После съёмок я часто думаю, что обязательно приведу сюда друзей или детей, чтобы показать им эти дворы и виды, ведь благодаря нашим экспертам эти места становятся не просто точками на карте, а уголками с уникальной историей. Москва бесконечна, её невозможно познать до конца, но она щедро позволяет прикоснуться к своим тайнам. Если бы только было больше времени!

— Ваша программа — это ещё и встречи с выдающимися людьми. Бывает ли, что гости открывают для вас новые грани знакомых районов или делятся поразительными историями?

— Наша программа позволяет не только изучать столицу, но и встречаться с людьми, которые сами формируют её историю, оживляя Москву через личные воспоминания. Особенно запомнилась встреча с Анной Ардовой, которая рассказала о своей семье. Её рассказ воскресил целую эпоху, особенно воспоминания об «ардовском доме» на Большой Ордынке. Это был настоящий культурный салон, где бывали Ахматова, поэты, актёры, художники, и велись глубокие беседы об искусстве. Дом, до сих пор жилой, сохранил атмосферу старой московской интеллигенции, где Ахматова чувствовала себя своей, а не просто гостьей. Это место стало важной частью её московской биографии. Я думаю, прогулка по Замоскворечью после нашего спектакля по Ахматовой стала бы прекрасным дополнением, соединяя времена, пространство и великую поэзию.